I История одного похищения (Издание 2-е дополненное)

Сказка о том, чего не бывает, но что почему-то обязательно должно случиться

[жанр: юмористическое фэнтези с драконами и рыцарями]

Много новых иллюстраций, выполненных Ириной Дербиловой

Это просто что-то! 

Описание изображения

Иллюстрация к Главе 1

 

   У драконов есть древняя традиция похищать всех попавшихся под руку принцесс, графинь, баронесс и прочих представительниц верхних слоев общества. Вне зависимости от титула и родословной, в драконьем понимании они все считались принцессами, поэтому и обращение с дамами разных сословий, попавших к одному и тому же дракону, было одинаковым. Естественно, наш герой не собирался нарушать древние традиции своего рода.
   Он спикировал во внутренний двор, схватил красавицу за плечи и вдруг обнаружил, что летит точно в стену, чуть левее ворот, и не успевает набрать высоту. Времени для раздумий не оставалось, и он перебросил свою жертву через стену, подкинув ее повыше, на полной скорости высадил головой ворота (дубовые, на засове), набил себе большую шишку, еле поймал высокопоставленную добычу за ногу и, лихорадочно работая крыльями, на бреющем полете пронесся над внешней стеной. По дороге он случайно скинул заснувшего на посту стражника, который, упав в ров с холодной водой, мгновенно проснулся и закричал что-то вроде «слушаюсь, капитан» или «что ты сделал, истукан» (Икарусу было уже не разобрать).
   Если не считать этого маленького инцидента с перекидыванием через стену, для принцессы, в принципе, все прошло гладко. Красавица ничего не замечала, гуляя в парке и напевая себе под нос, пока сильные лапы не подняли ее в воздух. Она начала кричать и брыкаться уже в пятидесяти метрах над землей и примерно в пятистах метрах от дома.
   «Новый рекорд! Ощутимо дальше, чем прошлый», — подумал похититель, направляясь в свою пещеру. На ходу он попытался прикинуть, на сколько опередил самого себя.
   Драконы, в отличие от людей, измеряют расстояние не в метрах и не в лигах. У них вообще нет никаких, так сказать, абсолютных мер чего-либо, будь это расстояние, сила, масса или калорийность продуктов. В результате каждый индивидуум все рассчитывал на свой лад. Причем главным измерительным прибором чаще всего был он сам или какое-нибудь естественное природное явление. Обычно длина измерялась в размахе крыльев, длине хвоста или, в крайнем случае, когтя, прочность — в ударах, время — в днях, пройденное по земле расстояние — в шагах, а по воздуху — во взмахах крыльями.
   «Да, эта закричала позже той не меньше чем на тридцать взмахов, — подытожил Икарус. — Кажется, ТУ принцессу звали Беатрисой. Или все-таки Клариссой?..»

Описание изображения

Иллюстрация к Главе 2

 

   Удар — блок — выпад — контрудар — звон в ушах — темные круги перед глазами — привкус крови и скрип песка на зубах — неимоверные усилия — дрожь в ногах — надменный хохот противника — еще удар. И сэр Фердинанд вновь повержен. Как в прошлый раз. И в позапрошлый. И в позапозапрошлый тоже...
   Сколько он себя помнил, любая заварушка кончалась поражением бедного рыцаря, и от этого у сэра Фердинанда было тяжко на сердце. Вроде бы и силой он не был обделен и фехтовать умел, но все же что-то никак не получалось у него никого победить.
   Там, где он жил, соседи и крестьяне прозвали его «сэр Побежденный» и даже осмеливались высказывать сие нелепое прозвище при своем господине. Фердинанд уже давно перестал обижаться, ведь как ни горько звучит правда, она все равно будет ею оставаться.
   Однако этот варвар, похоже, возжелал прикончить своего врага и занес секиру для последнего удара. Сэр Побежденный приготовился умереть и порвать наконец со своей карьерой рыцаря-неудачника.
   «Мне уже по горло хватает промахов и поражений, — подумал он, — сейчас я бы душу дьяволу продал за одну единственную победу...»
Эти слова странным образом несколько раз сами собой повторились у него в голове, подобно эху постепенно затухая.
   Секира застыла в воздухе. Ее владелец тоже. Вся поза этого здоровенного детины говорила о жажде крови. И эта поза почему-то не менялась. Варвар словно превратился в статую.

   Вдруг рыцарь почувствовал чье-то присутствие, о котором узнал лишь по тому, как резко отличался чужой запах ото всего, что ему довелось учуять за свою жизнь.
   Покрутив головой, он заметил, как сквозь землю просачивался смрадный дым, сгущающийся в некую фигуру. Со временем обозначилась голова, из которой послышался скрипучий кашель.

Описание изображения

Иллюстрация к Главе 2

 

   — Кхах...ххахх...кха.., — прозвучало из зловонного облака.
   При более пристальном осмотре выяснилось, что сия темная личность обладает не только жуткой вонью, но и несколькими парами рогов (и на голове, и, непостижимым образом, на руках), а также хвостом, здорово напоминавшим крысиный. Этот верзила (он был на две головы выше Фердинанда) продолжал материализовываться и уже более походил на человека, чем на что-либо еще. Он подошел к распростертому на земле бедолаге и просипел своим хриплым голосом:
   — Кхердинанкхх?
   — Нет, я сэр Фердинанд, — ответил сэр Побежденный, обдумывая пути отступления.
   Он попытался отползти из-под нависающей секиры, но обнаружил, что не владеет и половиной своего тела.
   — Кхе вхерно, — прокашлял здоровяк, дальнейшая фраза потонула в нескончаемом потоке «кхе-кхе» и «кха-кха».
   — Чего?
   Незнакомец прохрипел что-то невразумительное, затем прокашлялся и сказал, прочищая горло через каждые полтора слова:
   — Я, демон кхе-кхьего ранга, пре-кхла-хаю тебе сделку: я гарантирую тебе полную и кха-бсолютную непобе-кхимость, если ты кха-бязуешся выполнить не-кхоторые мои у-ххловия (кха! Кхаа!! КХА!!!).
   Слова этого «кха-кха-кхемона» не отличались особой убедительностью, но сейчас сэр Фердинанд был готов на что угодно ради мига вожделенного триумфа... и отсрочки гибели от секиры варвара. Однако ему нужно было удостовериться в правдивости и однозначности слов этого посланца темных сил.
   Демоны — известные обманщики и шулеры. Сколько людей было загублено ими, сосчитать невозможно! Сколько несчастных теряли свои души, а взамен получали лишь дырку от бублика!
   Рыцарь попытался из своей нелепой позы взглянуть ему в глаза, что, по древнему поверью, являются зеркалом души, но таковых не обнаружил. То ли клубы дыма так хорошо скрывали их, то ли их просто не было.

   — Повтори, — попросил он. — И четко.
   — Обмееен, — выдавил из себя бедолага.— Тебе — непобедимость, мне — твоя дуушааа.
   Рыцарь задумался. Демон принялся потихоньку нарезать круги вокруг лежащего, оставляя за собой дымный след и заходясь поминутно неудержимым кашлем.

Описание изображения

Иллюстрация к Главе 2

 

   В это самое время из-за кустов за этой сценой наблюдал агент Ордена Порядка, где служили элитные бойцы с нечистью, называющие себя паладинами. Паладины уже давно следили за сэром Побежденным, собираясь однажды принять его в свои ряды. У этого человека было очень ценное качество: несмотря на все свои поражения, он не сдавался, был просто несгибаем. Данное качество с лихвой компенсировало недостатки рыцаря, делая его незаменимым союзником в определенного рода делах.
   Однако эта подлая, почти цирковая выходка с челюстью, топором и сальто назад, а также диалог с собственным мечом сильно разочаровали наблюдателя. Он уже нацелил на варвара свой снайперский арбалет. Но сие резкое преображение могло означать лишь одно: в рыцаря вселился демон. Паладины по определению не любили одержимых и тем более не терпели таковых у себя, даже после битвы на Гробоведском Кладбище, где полегло две трети их объединенного войска.
   Снайпер еще минут пять глядел на несчастного, потом вылез из своего укрытия и пошел докладывать о провале операции.